Ki_Bella (ki_bella) wrote,
Ki_Bella
ki_bella

Выброшенная на помойку.

У нее остановившееся, совершенно безэмоциональное лицо и потухший взгляд человека без будущего. На вид - лет пятьдесят, никак не меньше, а оказалось - старше меня всего на год. Насколько я вертлява, эмоцональна, болтлива, - настолько она скована и неподвижна. Сидела как будто палку проглотив. Лишь губы во время разговора двигаются. И зрачки.

Бывшая зечка.

Она добиралась к тетке, в поселок, расположенный в глубине области - минут сорок от трассы, как минимум. Ну, и разговорились по пути. Срок - за экономическое преступление. Я не узнавала подробностей, она не говорила, что невиновна. Муж - бросил. Детей нет. В квартиру, в которой она имеет право восстановить прописку, он ее не пустил - потому что давно и счастливо женат. Мать умерла, есть тетка в поселке у черта на куличках. Она прогнать не должна.

Знаете, так уж получилось, что я за последний год наблюдала некоторых "откинувшихся". Да и раньше в жизни приходилось таких встречать. У меня долгое время водителем был зека с двадцатилетним стажем ходок по мордовским лагерям, беззубый, ехидный, полный баек о тюремной жизни и жутко довольный собой. Неплохой, в общем-то, и не хороший. Обычный.

Так вот - все эти, вышедшие на свободу с чистой совестью, шли не куда-то в неизвестность. У всех них была на свободе либо жена, исправно таскавшая за решетку передачки и катающаяся на свиданки, либо заочница, с надеждой ждущая, да не одна.

Заочницы - это вообще отдельная тема. Идиотки, отдающие последние гроши ради того, чтобы порядочный арестант имел курево, чифир и телефон. Волокущие неподъемные сумки со жратвой. Готовые платить взятки каждому встречному и поперечному сотруднику ФСИН, чтобы получить трое суток "длительной". Одну такую не близко, но знаю в реале. И таких женщин - сотни и тысячи по стране.

А эта женщина - она одна. Когда у человека нет никого близкого, кроме тетки, которая, вроде бы не должна выгнать - это страшно. Я наглая, не чуткая, я спросила ее - почему же ни с кем не познакомилась? Все лучше - не одной. Есть куда приткнуться.

Знаете, она честно ответила - женщины-зеки никому не нужны. Вообще никому. Нет у них шансов. Может быть, с одной на тысячу и случится чудо...Поэтому большинство и не пытается никого искать, знакомиться. Прекрасно осознают - освободившись, чаще всего без денег, без каких либо перспектив...Кому они нужны? Никому.

Уже на месте я ее попросила оставить телефон, может быть, смогу помочь с работой, мало ли. А она махнула рукой и ответила:

-Я сидевшая, оно вам надо возиться?

Только по дороге домой я сообразила, что у нее и не было его, этого телефона, скорее всего.

Вспомнила довольные лица бывших сидельцев, тех самых, которых посадили совсем молодыми, когда нам было лет по девятнадцать-двадцать. Они как раз освобождаются сейчас. И не первый раз, мне кажется. По крайней мере те, которых я видела. Покрытые наколками, цинично ухмыляющиеся, уверенные, что вся жизнь у них впереди, прожившие на зонах вполне уютно благодаря наличию нескольких "заочниц".

И ее пустые глаза.

Тетка не должна выгнать. Я сидевшая, оно вам надо возиться?

И после этого говорят - женщины жестоки? Женщины меркантильны? Женщины предают? Женщины всеми силами ищут выгоды?
Я нашла в инете сайт знакомств для заключенных. На 315 страниц мужских анкет - по двадцать на страницу, всего две страницы женских.

женщина за решеткой


Tags: Женщины, жизнь - страшная штука

Recent Posts from This Journal

promo ki_bella 20:01, Вторник 101
Buy for 50 tokens
Это Оренбург, и мужчине, которого фельдшер волоком тащит сейчас по земле жить осталось пять часов. Видео под катом, чтобы ленту не рвать. Следом за фельдшером идет тот, кто, по идее, всегда должен помочь – водитель “скорой помощи”. Но человеку собственное здоровье дорого, клятву Гиппократа он не…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 102 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →